Развитие приемов работы с историческими источниками в XVIII- начало XIXв.

Развитие приемов работы с историческими источниками в XVIII- начало XIXв.

Первая часть

Формирование источниковедения как научной дисциплины связано с процессом выработки принципов работы с источниками и складыванием отдельных приемов и методов в стройную систему. Начало этого процесса относится ко второй четверти XVIII в. и представлено именами В. Н. Татищева, М. В. Ломоносова, Г. Ф. Миллера, А. Л. Шлецера.

Интерес к отражению исторических событий возник в глубокой древности и был связан с устной народной традицией, а затем с летописанием.

Летописцы в ходе своей работы привлекали довольно широкий круг источников: произведения устного народного творчества, погодные записи, жития, международные договоры и др.

Лишь иногда летописцы проверяли точность дат или согласовывали встречающиеся в источниках противоречия. Чаще они сами редактировали текст, исходя из современной им политической ситуации, отдавали приоритет одним источникам перед другими, прибегали к прямым фальсификациям.

Методы изучения исторических источников в указанный период олицетворяются с деятельностью выдающихся отечественных ученых.

Василий Никитич Татищев (1686–1750), не будучи профессиональным историком, впервые поставил задачу создания обобщающего труда по истории. В. Н. Татищев первым из русских историков понял, что ученый должен не просто пересказывать собранный материал, но и владеть «наукой критики»

Татищев Василий Никитич

В. Н. Татищеву принадлежит первый в отечественной науке опыт систематизации изучаемых документов. Им были выделены следующие группы источников:

1) общие, или генеральные (летопись Нестора, «Степенная книга», хронографы, «Синопсис»);

2) топографии, или местные летописи (Московская, Новгородская, Псковская, сборник муромский о Петре и Февронии);

3) дипломатические грамоты из казанских, сибирских, астраханских и других архивов;

4) частные («Хождение митрополита Пимена в Константинополь», «Жизнь царя Ивана Грозного», «Временник Ивана Тимофеева», «Сказание Авраамия Палицына», «Скифская история» А. Лызлова).

Изучая исторические документы, В. Н. Татищев обратил внимание на необходимость перевода дат и мер на современные системы счета, уточнения по действующим картам названий и местоположений географических пунктов, а также знания родословий и понимания древних терминов.

В. Н. Татищев подготовил к печати ряд важных законодательных источников, например Русскую Правду и Судебник 1550 г., снабдив их комментариями.

Создавая свой основной труд – «Историю Российскую», В. Н. Татищев стремился объединить всю массу бывших в его распоряжении известий. Отдельные сообщения ученый связывал между собой в соответствии с понимаемой им логикой исторических событий.

Дворянскую просветительную историческую мысль второй половины XVIII в. представляет общественный деятель, историк и публицист Михаил Михайлович Щербатов (1733–1790). Ученый на протяжении всей жизни твердо стоял на рационалистических и прагматических позициях, отвергая стремление толковать исторические события волей божественного провидения. Ход истории он объяснял действиями выдающихся исторических личностей, поступки которых обусловлены господствующими идеями, нравами и обычаями.

Щербатов Михаил Михайлович

Определенное место в исследованиях М. М. Щербатова принадлежало произведениям фольклора. Их он рассматривал как наиболее раннюю форму освещения событий прошлого и признавал возможным использовать при освещении древнейших периодов, от которых других свидетельств не осталось. Но как рационалист М. М. Щербатов решительно отвергал явные выдумки и стремился найти в преданиях рациональное зерно.

Подход другого представителя дворянской историографии второй половины XVIII в., Ивана Никитича Болтина (1735–1792). Болтин отличался критичностью в подходе к историческим свидетельствам и более точно (чем, например, Щербатов) толковал термины древних памятников.

Болтин Иван Никитич

Известные ему памятники и документальные материалы ученый распределил на группы, показав достоинства и недостатки каждой из них. На первое место он ставил летописи, особенно древнейшую из них – летопись Нестора, не исключая, однако, что ей предшествовали и более древние летописные записи, которые не сохранились.

И. Н. Болтин определил три этапа в изучении исторических известий, которые предшествуют собственно историческому изложению:

– отобрать материалы, заслуживающие доверия, сличить летописные списки с целью исправления погрешностей и выявления первоначального текста;

– уяснить смысл текста, правильно его понять, раскрыв точный смысл устаревших слов;

– исторические сведения и наблюдения пополнить данными географического характера.

Представитель немецкого просветительства Август Людвиг Шлецер (1735–1809) , проживший в России несколько лет в 60-е годы XVIII в., большую часть жизни посвятил изучению русских летописей как главного источника по истории Древней Руси. Он стал одним из основоположников славистики в Германии.

Шлецер Август Людвиг

Но его вклад в русскую историографию определяется прежде всего источниковедческим анализом Повести временных лет. Это был первый в русской исторической науке источниковедческий труд – «Нестор».

Основываясь на достижениях современной ему текстологической критики, А. Л. Шлецер обосновал три критических подхода к исследованию исторических источников:

-восстановить по имеющимся спискам первоначальный текст, который не дошел до исследователя, – малая критика;

— правильно понять исторический источник – грамматическое и историческое толкование текста;

— выяснить достоверности сведений – высшая критика, основанная на здравом смысле.

В 1818 г. вышли в свет восемь, а затем еще четыре тома «Истории государства Российского» Николая Михайловича Карамзина (1766–1826) , вызвавшие шумный успех у публики и серьезный резонанс в научных кругах.

Карамзин Николай Михайлович

Н. М. Карамзин был убежден в том, что исторический труд необходимо основывать на критике исторических источников. Поэтому, как и историки XVIII в., важнейшей задачей исследователя он считал установление по источникам достоверных и точных фактов.

К «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина приложены обстоятельные примечания, содержащие выписки из многочисленных документов, в том числе тех, которые погибли позже при пожаре Москвы 1812 г. и, таким образом, сохранились только в «Истории государства Российского».

Таким образом, во второй половине XVIII – начале XIX в. была заложена традиция отношения к историческим источникам как к самостоятельным объектам исследования. Это проявлялось в стремлении ученых разработать принципы критического подхода в изучении исторических известий и публикации документов.

В 20–40-е гг. ХIХ в. в русской исторической науке появилось новое, критическое направление, которое развивалось в полемике с «Историей государства Российского» Н. М. Карамзина.

С именем профессора Московского университета Михаила Трофимовича Каченовского (1775–1842) в отечественной историографии связано понятие скептической школы, в центре внимания которой и оказалась критика исторических источников.

Каченовский Михаил Трофимович

Исходя из представления об «органическом развитии общества», скептики отказались от взгляда на историю как на набор мало связанных друг с другом фактов. Они считали, что историки должны прослеживать место каждого явления в цепи исторических событий, сравнивая его со сходными процессами в других странах, особенно славянских, и критически оценивая существующие известия и свидетельства.

Анализ исторических источников скептики предлагали проводить с точки зрения трех видов критики: дипломатической, исторической, археологической.

Дипломатика должна служить для отличия подложных документов от достоверных на основе анализа официальных признаков достоверности (подписей, печатей и т. п.). Но когда с помощью дипломатики установить подделку не удается, следует прибегать к исторической критике, к помощи фактов, которые связаны между собой причинами и следствиями. Третьей задачей ученый считал археологическую критику, к которой он относил объяснения отдельных слов, терминов, имен, народных званий, должностей, обычаев, поверий и т. д.

Разработанные М. Т. Каченовским методы критического анализа скептики применили к изучению важнейших источников по истории Древней Руси X–XII вв. Критический анализ летописей и древнейших законодательных памятников привел ученого и его учеников к заключению, что датировать древнейшие русские памятники можно лишь XIII–XIV вв., а отсутствие их в IX–XII вв. делает всю историю Древней Руси недостоверной и баснословной.

Формирование исторических воззрений и научного метода Михаила Петровича Погодина (1800–1875) происходило в середине 20-х гг. XIX в. В это время он разделял взгляды представителей скептической школы. Однако уже в начале 30-х гг., отмежевавшись от них, объявил себя последователем А. Л. Шлецера и Н. М. Карамзина.

Погодин Михаил Петрович

Свой метод исследований М. П. Погодин называл математическим и считал его универсальным для работы со всеми видами источников. Этот подход состоял в выявлении всех источников, относящихся к теме исследования, установлении их подлинности, происхождения и достоверности и суммировании их свидетельств по изучаемому вопросу.

Возражая представителям скептической школы, историк именно математическим методом пытался доказать достоверность древней русской истории, а следовательно, и сообщаемых летописями сведений. В отличие от А. Л. Шлецера, старавшегося воссоздать «очищенного» Нестора, М. П. Погодин выдвинул задачу поиска источников, которыми пользовался каждый летописец, и добился определенных результатов в ее решении.

Наиболее значительным после летописей источником по истории Древней Руси М. П. Погодин считал Русскую Правду.

К числу важных источников исторических знаний М. П. Погодин причислял данные лингвистики. К древнейшим памятникам языка он относил названия рек, озер, отдельных мест.

В середине XIX в. отмечено появление значительного числа трудов, в которых специально разрабатывались вопросы работы с историческими источниками. Образцом источниковедческого исследования такого рода является опубликованный в 1846 г. труд Николая Васильевича Калачова (1819–1885) о Русской Правде, которую он рассматривал.

Качалов Николай Васиьевич

в связи с развитием права в стране в целом. Ему принадлежит одна из первых попыток дать периодизацию русского законодательства, в основе которой лежит учет различий в характере русских юридических документов.

Николай Иванович Надеждин (1804–1856) ратовал за философский подход к событиям прошлого и считал, что будущее за «философской историей» России, которой должен предшествовать период критики источников.

Надеждин Николай Иванович

Н. И. Надеждин значительно расширил круг исторических источников. Что касается летописей, то он показал, что характер русского летописания не был всегда одинаков, а менялся с развитием общества: от начального периода, связанного с Древней Русью, через раздробленность к единодержавию и централизации.

К фольклору он причислял сказания, сказки, пословицы и песни, утверждая, что от употребления этих источников историческая наука только выиграет, так как это хотя и не серьезное историческое повествование, но и не чистый вымысел. Помимо сказаний и летописей историк признавал важным источником документы, которые он называл дипломатическими, то есть акты, грамоты и другие бумаги.

К числу источников Н. И. Надеждин относил и частные свидетельства – рассказы очевидцев о событиях, в которых его привлекала непосредственная связь рассказчика с происходящим.

Крупной заслугой Н. И. Надеждина является разработка принципов исторической критики,он вводит такое понятие как реальная критика.

С начала XIX в. из-под пера отечественных историков выходят сочинения, посвященные исследованию отдельных видов и групп исторических источников.

Большой интерес продолжают вызывать русские летописи.

Наряду с летописями постоянным предметом прикладного источниковедения становится законодательство. Особое внимание ученых привлекала к себе Русская Правда.

В российской исторической науке уважительное отношение к свидетельствам прошлого, материалам, на основе которых историк строит свои выводы, и понимание того, что они требуют к себе внимательного и глубокого подхода, привело к появлению особой отрасли знаний – источниковедения.

Для дворянских историков-рационалистов XVIII в. главным критерием в определении достоверности исторических сведений был здравый смысл, учитывалась также древность происхождения.

Этому времени принадлежат первые опыты ученых, связанные с характеристикой различных групп исторических источников или, в современной терминологии, их систематизацией. С этой целью учитывались разные критерии: содержание (Татищев), степень пригодности (Щербатов) или достоверности (Болтин). Основными источниками признавались летописи, поскольку взоры исследователей были обращены прежде всего в сторону истории Древней Руси. Вовлекались в научную практику также актовые документы, хронографы, топографические материалы, свидетельства очевидцев.

Важнейшее звено в становлении источниковедения – разработка этапов исторической критики (Болтин и Шлецер). При этом целеполагающими задачами являлись установление первоначального текста и его истолкование на основе методов логического и сравнительного анализа, привлечения данных языка, палеографического изучения и т. д.

Таким образом, на протяжении XVIII – первой половины XIX в. отечественные историки стремились разработать научный подход к изучению исторических источников с целью выявления достоверных фактов для своих конкретно-исторических построений.

Медодология источниковедения, Ю.А.Русина

1

Автор публикации

не в сети 6 месяцев

Юлия Литвинова

1
Комментарии: 0Публикации: 11Регистрация: 23-10-2019

Автор записи: Юлия Литвинова

Отправить ответ

  Подписаться на уведомления  
Уведомлять о